Я вдруг поняла, что дико соскучилась по всем своим бывшим друзьям.

Никто из нас не делал никаких заявлений, не бросал громких фраз, просто дружба прозаично и мирно сходит или уже сошла на нет.

На каждого из них у меня есть детальное объяснение того, почему мы были друзьями и почему перестали ими быть. И тут вспоминается еще одна банальщина про пути которые, то скрещиваются, то снова расходятся.

От всего этого очень грустно, потому что мои друзья мне кажутся самыми исключительными и самымы лучшими друзьями на свете.  А потом оказывается что вас связывали лишь места и иногда интересы.

Одна из моих подруг, которой я просто бредила раньше… Стоп да так же про всех можно сказать. 
Это определяющее положение моей дружбы. Не могу дружить искренне с теми, кого не считаю достойнейшим человеком на земле.
Сейчас я перестала дружить с людьми вообще. Теперь мне каждый волк. Только приятели, только знакомые. 
Последнее знаковое знакомство закончилось спустя пару лет с его начала. Человек ушел на работу и внезапно между нами возникла пропасть. Разговоры превратились в поучения, исчезло ощущения взаимной необходимости. Ему, я думаю со мной и моими экзистенциальными проблемами просто скучно. Ничего страшного, просто грусть и очередная ностальгия по былым временам. 

Один лишь Саша.  Мой незыблемый утес  веры в прекрасных людей в океане. Мне кажется что мы с ним, в этом мире одни и против всех. 


 

«Есть соответствие между необъятностью, безгранностью, бесконечностью русской земли и русской души, между географией физическою и географией душевной. В душе русского народа есть такая же необъятность, безгранность, устремленность в бесконечность, как и в русской равнине» © Н. Бердяев

Да, общество больно и незрело. По-прежнему много наркоманов. По-прежнему люди много пьют и курят. И по-прежнему главным методом остаётся борьба. Славная традиция советской компанейщины жива, с той разницей, что всерьёз её не воспринимают даже дети. Есть робкие, чаще неудачные попытки социальной рекламы. На пачках сигарет помещают устрашающие надписи, а теперь хотят заменить их чернушными фотографиями. Ну а основной метод — увеличивать цены на все эти вредности. Великолепно. Разумеется, пить, курить и вести нездоровый образ жизни от этого не перестают, а скорее наоборот. Вообще, уместно вспомнить закон физики, что всякое действие рождает противодействие.
А всё дело в просвещении, в широком смысле этого красивого слова. Только просвещённое общество может быть разумным, только разумное общество может саморегулироваться. Всё остальное мышиная возня.
Всё указывает на то, что власть на деле устраивает такое положение вещей: держать тёмное и нездоровое общество на коротком поводке легче. Исходя из этой парадигмы, правительство и устраивает народные антиалкогольные и антитабачные забавы, попутно зарабатывая свой капитал.

Будь, пожалуйста, послабее… Роберт Рождественский

Будь, пожалуйста,
послабее.
Будь,
пожалуйста.
И тогда подарю тебе я
чудо
запросто.
И тогда я вымахну —
вырасту,
стану особенным.
Из горящего дома вынесу
тебя,
сонную.
Я решусь на всё неизвестное,
на всё безрассудное -
в море брошусь,
густое,
зловещее,
и спасу тебя!..
Это будет сердцем велено мне,
сердцем
велено…
Но ведь ты же
сильнее меня,
сильней
и уверенней!


Ты сама готова
спасти других
от уныния тяжкого,
ты сама не боишься
ни свиста пурги,
ни огня хрустящего.
Не заблудишься,
не утонешь,
зла не накопишь
Не заплачешь
и не застонешь,
если захочешь.


Станешь плавной
и станешь ветреной,
если захочешь…
Мне с тобою -
такой уверенной —
трудно
очень.
Хоть нарочно,
хоть на мгновенье -
я прошу,
робея,-
помоги мне
в себя поверить,
стань
слабее.



 
 

Сегодня мои приключения начались с того, что я досталЪ крупную купюру денег-(отгадайте где)
Потом выпил пойла или крепкого пойла, но не водки!
Потом ещё пойла выпил и посиделЪ, потрещал с другом на лавке)
Если вы не в курсе мой пост о моём гетто, где людям вообще заняться нечем, и они пьют вместо пива стеклоочиститель!
Я хочу, что б маленько хотя бы вы прониклись этим безделием, ватакатством и вообще проблемой молодёжи и парней, кот.
нападобие меня шляются по улицам и ищут приключения) Ну, допустим отгадайте, что у меня лежит сейчас полностью забито
в морозильнике? Я не буду писать, кто мне это подогнал, и кто выставил ларёк с мороженным! Да, да -у меня в морозилке лежит ящик мороженого, как в песне крокодила Гены) Я ем эскимо, делаю коктейли, но я к сож. отвлёкся( Мои приключения продолжились, когда я купил биг-маг и вместо спрайта, кот. беру как всегда -взял двойной чёрный кофе...
Понабилось потребовать у продавца много, много пакетиков сахара, ну короче она была в шоке...
Вопрос в том, на что тратить крупные купюры в моём гетто? Я пишу ГЕТТО, потому что знаю, что в городе есть центр и др. районы, куда даже не стоит выезжать, т.к. там меня никто не знает, и я никого не знаю(
*ОСТАЛЬНАЯ ЧАСТЬ МОЕГО ТЕКСТА, ПРОПИТАНА СЛЭНГОМ И МАТЕРШИНОЙ И ПРО100 УТЕРЯНА*

И это не кульминационный момент, когда твои мысли, тебя же убили. Ультиматум! — пока ты не успокоишься, не приведёшь себя в порядок, не уберёшь свои глупые мысли из своей головы, как бы это грубо не звучало, но считай что мы расстались, у меня уже накипело, я так не хочу, с меня хватит.
Ты меня не хочешь прощать… Я дам тебе отдохнуть от себя, своих истерик и недоверия… Прости, солнышко :(

Почему она? Постоянно о семье, детях, и о еде. Странная. Наверно милая. Наивно-глазастая. Пухлогубая с красивой улыбкой. Конечно не курит. И против алкоголя. Наверно счастливая. С тобой в одной привязи. Она мне не нравится. Я бы пристрелила ее. Мешает кажется. Вторые планы для меня непривлекательны. Я привыкла в глаза смотреть, а не в спину противнику. Только не надо рассказывать сказками. Все учат любить, а сами к людям относятся неряшливо.

Говорят, если человек счастлив, он перестает пользоваться красноречивыми предложениями и составлять меморандумы о своей неповторимой жизни. Все дерьмо. Я уже долбанное количество времени, дней или месяцев не чувствую никакого счастья, но и от этого печального состояния у меня не возникает желания о чем-то говорить. И думать. Абсолютно любое действие вызывает отвращение моих нервных клеток переживать по любому поводу. Ничего не меняется. И никто ничего не собирается менять. Люди – в основном уебки. Нельзя верить, пока не проколется. Любовь – отстой. Мимолетные куски радости от очередной встречи. Не хочу кусками. Хочу полной грудью. Никто не хочет строить со мной счастье. Я скорей всего одна такая долбоебка, которая не спит ночами и не ест дни напролет от нытья под ребрами… Может снова покурить….? Запить колой и посмотреть в окно? Все то же серое небо.  И безразличие в воздухе. Надо чем-то лечить свою апатию. Знаете, я бы уехала так далеко, где никто не знает ни твоего имени, ни размер твоего ума, ни сколько ложек сахара ты кладешь в свой кофе.
… Хотя… я бы просто не отказалась от отпуска летом)

— А все-таки, кто вы такие? — спросил как-то раз один любопытный незнакомец у Искателя и Музыканта.

— Музыкант, — сказал Музыкант.

— Искатель, — ответил Искатель.

— А поподробнее? В деталях? — настаивал тот все же.

— А вам зачем? — после некоторой паузы спросил Искатель.

— Ну… О вас столько говорят, песни пишут, стихи… Узнать хочется больше!

— Правда? — удивленно покосился Искатель. — А зачем? Что вам даст эта информация?

— Ну… Я не знаю, — развел руками собеседник. — Просто… Понять, кто вы…

— Ну допустим, Я — Федот Егоров, родился тогда-то, вырос в Павлодаре. Или нет, я Пастухов Никита, коренной ростовчанин. Или… А что вам это даст? Вы узнаете, что я хожу в туалет, кашляю, могу поныть и устать от дороги?

— Это поймут мои читатели! — оживился репортер. — Они увидят в вас реальных людей, таких же, как и они…

— А они думают, что мы нереальны? — удивился уже Музыкант. — И что значит «такие же, как и они»? А они — это какие? Ты знаешь, какие они?

Тишина как будто бы зевнула в ответ.

— Ну…

— Простите, а они вам верят? — спросил Искатель.

— Эм… да, наверное, а какое это вообще имеет значение?

— Если они вам верят, то вы можете передать, что правда видели нас, трогали, даже за руку держали, — сказал Музыкант, закуривая и протянул репортеру руку. — Хотите? Подержать?

— Да нет, я и правда вижу… Вы реальные, — растерянно сказал тот.

— А если они вам не верят, то какая разница, какую ложь с их точки зрения они прочтут в очередной раз в утренней газете? — тихо спросил Искатель, распахивая окно и жадно вглядываясь в город.

— Я не смотрел на это с такой стороны… — тихо пробормотали в ответ.

— А зря, — жестко сказал Музыкант. — Вы работаете — сколько? Десять лет? Двадцать? А все еще не видите суть своей работы! Простите, но чем же вы тогда занимаетесь, если вы сами не понимаете, чем занимаетесь?

— А вы — понимаете? — огрызнулся тот, тоже закуривая. Разговор пошел не по плану. Настроение портилось, за окном собиралась гроза.

— Да, — ответил ему Искатель. — Я — Искатель, это — Музыкант. Ни имя, ни место рождения, ни оконченная или неоконченная школа ничего обо мне или о нем не скажут. Я мог быть там на самом деле. А мог быть только на бумаге. Я мог и правда закончить эту школу, оказаться примерным учащимся, гордостью своей школы, а мог быть таковым только фиктивно, за подарки папочки и для отчетности. А мог быть кем-то средним, неприметным, мог быть задирой, а мог вообще не быть там, возможно, это мой однофамилец с удобным годом рождения. И что? Это что-то дает? Кому? Вам, который забудет о нас через несколько месяцев после того, как сдаст статью? Или вашим читателям, которые забудут о нас через пару дней после прочтения газеты?

— А вы уверены, что годами в архивах, в одних и тех же газетах, в одних и тех же номерах, напечатаны одни и те же статьи? — любезно добавил Музыкант.

— Что, как, в смысле?

— А вы проверьте, — прошептал Музыкант, склоняясь близко-близко. — Проверьте. Вы удивитесь, но иногда… они меняются.

Репортер шарахнулся, ударился головой о спинку кровати и проснулся. Почему-то шепотом выматерившись, он потянулся за мобильником, чтобы посмотреть на время, и наткнулся рукой на свой блокнот. Там, на свежей странице, было написано: сегодня, в 18 часов, встреча на съемной квартире с двумя неформалами. По слухам, ведут бродячий образ жизни. Имена не указаны, надо бы уточнить… И, так как было уже около 9 утра, он решил этим как раз и заняться.

— Ниночка, — фальшиво радостным тоном начал он беседу, — а ты не подскажешь, на какие там… ники откликаются эти твои бродяги?

— Во-первых, доброе утро, — сурово сказали ему в трубку. Значит, начальство где-то рядом, ага. — А во-вторых, а зачем тебе это? При встрече и спросишь, адрес я продиктую… Хотя да, там было забавно, что-то такое бардовское… Музыкант, что ли? А второй, кажется, Искатель, какие странные иногда они придумывают себе имена…

— Спасибо за информацию, — вежливо сказал репортер. — Скинь мне адрес на почту.

Он положил трубку, сходил в туалет, в ванну, покосился на зеркало и подумал, что ему надоел этот вариант себя. Надо было что-то менять. Возможно, в себе. Возможно, в других. А может… в реальности?

Он огляделся, фыркнул, отправился на балкон и, не глядя, открыл дверь оттуда к соседям. Хорошо, что тех не было дома, а то они могли бы удивиться такому маневру: визиту своего всегда спокойного соседа, да еще и через дверь, которая была давным-давно заколочена.

А гость немного постоял, улыбнулся, выкурил так кстати оказавшиеся сигареты и вернулся к себе. Поздоровался с кем-то в зеркале и набрал, не глядя, номер.

— Я буду сегодня вечером у вас, надеюсь, никто не против?

— Ну что ты, Шпильман, когда мы могли быть против старых знакомств? — улыбнулся в трубку Странник. — Музыкант давно скучал по вашей с ним игре дуэтом. Рад, что получилось тебя встряхнуть, а то ты слишком засиделся. Я уж было начал беспокоиться, тем более что больше тебе там не место. Надеюсь, способ я выбрал удачный?

— Я так и знал, что это была твоя затея, — спокойно ответил собеседник, прикуривая очередную сигарету. — Все в порядке, мне плевать на способы, ты же знаешь. Особенно когда они работают.

По радио синоптики предсказали вечером грозу.

Автор: Эркарри

Чем хуже голос, тем короче юбка...

Я не сдурела. Я вообще такая.

Блестящ твой ум. Жаль, дураку достался...

Уж зла любовь, ну а козла всё нету...

Люблю вас. Просто в очень редкой форме.

Любить Вас с Вами легче, чем без Вас...

Лежать, молчать! А то я растеряюсь...

И ты любви покорен? Это возраст...

Забыла. Мы чего уединились?

А мне легко всё время прибедняться?

Я влюблена, бесспорно. Но в кого?

Я даже в глупостях порой умней, чем надо...

Да, ты по-крупному умеешь мелочиться...

Как утомляет симулировать нормальность...

Приятно в голых фактах быть одетой.

Вы снились мне! Не смейте отпираться!

Ты смотришься на фоне идиотов.

Не дашь ли мне… И это тоже можно.

В «люблю тебя» фрейдистское есть что-то!

Любимых и родных не выбирают...

Ты темперамент с суетливостью не путай...

Ты что, не рад мне, милый? А придётся.

Он даже сушки ест ножом и вилкой!

Ты просто так лежишь или с намёком?

Мы — глубоко поверхностные люди!

Вы каждый раз по-новому банальны.

Недоборолся он с зелёным змием… (эпитафия)

Вам всем бы памятник! А то вас не упомнишь...

Он испугался мыслей с непривычки.

Противный, но в хорошем смысле слова...

Был счастлив дважды — в свадьбе и в разводе.

Нормальность в этом мире неуместна.

Со мною — ей? Ну, это не измена.

Не жертвуйте собой, когда не просят!

Чего хочу, то и не буду делать!

Как женщины коварны: не хотят!

Я Вас любил. С устатку и не емши...

О, не мешайте мне побыть несчастной!

Нырнул от комаров — пришли пиявки.

Не так уж чтобы очень — но безмерно!

Тошнит от всех проглоченных обид...

Уйди, я одинока не настолько!

Сегодня твоя тупость в острой фазе...

Купил ты не того. И СЛИШКОМ МАЛО!!!

Как трудно делать вид, что мы знакомы...

Люблю людей, но только в малых дозах.

Я всё могу — тогда, когда не надо.

Куда вы выходили из себя?

И врал он искренне и заблуждался честно.