Я вдруг поняла, что дико соскучилась по всем своим бывшим друзьям.

Никто из нас не делал никаких заявлений, не бросал громких фраз, просто дружба прозаично и мирно сходит или уже сошла на нет.

На каждого из них у меня есть детальное объяснение того, почему мы были друзьями и почему перестали ими быть. И тут вспоминается еще одна банальщина про пути которые, то скрещиваются, то снова расходятся.

От всего этого очень грустно, потому что мои друзья мне кажутся самыми исключительными и самымы лучшими друзьями на свете.  А потом оказывается что вас связывали лишь места и иногда интересы.

Одна из моих подруг, которой я просто бредила раньше… Стоп да так же про всех можно сказать. 
Это определяющее положение моей дружбы. Не могу дружить искренне с теми, кого не считаю достойнейшим человеком на земле.
Сейчас я перестала дружить с людьми вообще. Теперь мне каждый волк. Только приятели, только знакомые. 
Последнее знаковое знакомство закончилось спустя пару лет с его начала. Человек ушел на работу и внезапно между нами возникла пропасть. Разговоры превратились в поучения, исчезло ощущения взаимной необходимости. Ему, я думаю со мной и моими экзистенциальными проблемами просто скучно. Ничего страшного, просто грусть и очередная ностальгия по былым временам. 

Один лишь Саша.  Мой незыблемый утес  веры в прекрасных людей в океане. Мне кажется что мы с ним, в этом мире одни и против всех. 


 

Я купила ролики. 
Все детство  в пассивном режиме завидовала тем детям, которые катались во дворе, но все же не до такой степени чтоб «намечтать на день рождения». 
А теперь я могу ехать и быть воедино с ветром, асфальтом и солнцем и это так прекрасно, что на какое-то время жизнь кажется наполненной смыслом.

Что-то зачастили ко мне люди, намекающие что мне нужно измениться. Только все разные вещи говорят.

Особенно мне нравится одно: «Если ты не изменишься, тобой будет крайне легко манипулировать» 

Внезапно удалось вырваться домой на неделю в разгар учебы. Три выходных дня, череда четных и нечетных недель и военный вторник, сложились наиприятнейшим образом, так что я, связав визит домой с заменой паспорта отправилась покупать билеты.
Я уже как-то давно писала о своем особом отношении к кассиршам, продающим билеты на поезда дальнего следования. Но в этот раз карты легли просто отвратительно. 
Представьте: верхняя полка, на нижних  старик и старуха, не пара, едут отдельно. Старик читает книгу «Тайны спасения» и попутно дрожит за свой фарфор, который он разложил мне в ущерб на всем багажном пространстве. Старуха, просыпается ночью и подняв с дюжину человек, обвиняет сначала меня, а потом и весь вагон в том, что мы хотим ее умертвить, открывая и закрывая форточки. Жуткая жара. Ночь проходит в смутном бреду. Еда от жары портится и наутро нечего есть. Перегибаюсь от тоски через полку, старик читает главу, «Как христианину благоподобно разговаривать с иудеем.» Немой стон. Бабка сидит в углу и уничтожает все живое взглядом.
Ах да,  ну и конечно же разговоры о Путине и выборах, пиво и «четкие пацаны» на боковушке. 

И вот спустя 5 дней контраст.
Удивительно приятно ехать в полупустом поезде. 
Я не мастер описаний восторга и описаний  вообще, мне трудно выразить все, что сейчас ощущается, но я бы назвала это дорожной магией. 
И солнце, и пейзажи за окном, и чай в фирменном стакане, и полки, и красные одеяла, люди которые забегают в вагон на двухминутных станциях и даже четыре получасовые границы. 
Даже есть в Полоцке к нам присоединится табор цыган, в этот раз все будет просто прекрасно.  

Совершенно случайно вышло так, что пришлось ехать в Чернышевское, за какой-то нелепой справкой. 
И вы знаете, несмотря на то, что я обязательно туда почти каждый раз приезжаю, меня пробило да так, что полились слезы, одновременно с какой-то дурацкой криво-счастливой улыбкой. Я стояла перед своим домом смотрела на окна квартиры, там чужие занавески, ее снимает у нас молодая женщина. Жутко хотелось зайти, но я знала — никого нет дома. 
Зашла в подъезд, посмотрела на счетчик. 
Напротив дома кусты сирени и березовая роща. В кустах мы играли в «Вампиров и жертв», а в роще одной весной я фанатично насобирала 10 литров березового сока. 
Я раньше никогда всерьез не воспринимала слова людей, которые тоскуют о родине. 
А теперь понимаю.
Хотя не сказать чтобы это была тоска, просто каждый квадратный метр земли для меня полон воспоминаний. Я 10 лет росла и наблюдала за жизнью этого маленького городка, и именно его я должна и буду называть своей родиной. 
За 10 лет он пережил экономический бум и спад, постройку новых домов и тотального сноса старых. А у меня в воспоминаниях творится нечто вроде того, что создавали архитекторы в «Inception»
Это был мой детский собственный рай, который так порой хочется вернуть. 


 


П.С.
Папа сказал, что когда мы только-только переехали, Чернышевское напоминало американский городок времен золотой лихорадки. А ведь и впрямь.

Вчера мне сказали, что я коварная женщина. То есть нет, не так. 
Вчера я услышала о себе сплетню. Есть одна девица, весьма занятная, безумная и которая мне импонировала бы, если бы я 
не чувствовала, что она меня ненавидит. 
И неважно, кто эта девица, неважно кто и что ей обо мне рассказал, но она меня ненавидит.
И сегодняшняя женщина в метро. Я зашла с ней  на Площади Восстания. Села на последнее место, с тяжеленным пакетом
и разбитой коленкой. В кровь разбитой коленкой и здоровенным отеком. Села и увидела над собой злой, даже взбешенный взгляд. 
Через станцию, люди встали и ушли, она плюхнулсь на свободное место и забыла обо мне. 
Но ведь ту станцию она ненавидела меня, всем сердцем, может быть даже желая мне смерти. 
Господи, я понимаю, что я не могу нравится всем, но я просто схожу с ума, зная, что меня ненавидят.
Я не могу гордо поднять голову и отградиться от этой ненависти, я буду думать, почему человек так думает обо мне, наверное
я должна встать, наверное я должна изменить себя, наверное мне стоит перед ним извиниться, хоть пусть даже я и не виновата.
Больше всего на свете, я боюсь неправильной расценки моих поступков. 
Я всегда пытаюсь быть честной перед собой, и иногда я  даю слабину, я тоже иногда ненавижу людей, иногда льщу преподавателям, иногда не договариваю правду.
Но я пытаюсь быть честной с собой. 
Не хочу тут вдруг взять и начать расхваливать собственное благородство, но мне кажется, что люди по определению всегда ждут худшего. 
Моя мама, слушая рассказы о моих друзьях, всегда брала и рубила с плеча, не оставляя  им ни единого шанса на амнистию.
А чуть только я возражу, тотчас это снисходительное: «Доча, ты еще слишком молода, чтобы видеть правду.»
Почему вы так уверены, что правда  - это всегда самый худший вариант?
Я хочу верить людям. Я хочу верить в истинную любовь, истинный успех, истинную доброту и вселенскую справедливость. Наверное, это самый утопичный и наивный мой
текст, но я правда пытаюсь во все это верить.


 
Из вчерашнего разговора с тетушкой:
Тетушка, сварливо-заинтереснованно:  Нууу, а что тебе подарил твой Саша?!
Я, сдержанно радостно и гордо:  О, Саша подарил мне жемчуг. Белый, речной в одну короткую нитку.
Тетушка очень сварливо:  Ах, жемчуг, ну вообще-то, милочка, незамужним женщинам жемчуг не дарят, это знаешь ли плохая примета!

Сегодня мне исполнилось 20 лет. 
Поздравления все те же.
Подарки все те же.

А четверть жизни, честно говоря, была паршивой. 


Интересно, что я скажу, когда мне стукнет 40?

Первая фотка после полугодового перерыва. 
В общем-то моя первая студийка, хотя и снималось не в студии. 
Словами не передать ощущений. Это был очень безумный день на который безоговорочно действует правило «Отснимала, значит следующий день ешь сладкое и лежи в кровати»

Я давно заметила: почему то рассказывая людям о своем успехе, я всегда испытываю странную неловкость перед ними. Виноватость за этот успех, даже вполне заслуженный и долгожданный. 

Мир выглядит чуточку лучше, когда выходишь из дома и сразу упираешься вот в такое: